Вы ведь тоже, небось, читали рассказики о "бедных, но чес-
тных" ребятах, пробившихся на самый верх, потому что они были са-
мыми умными во всем округе, а то и в целом штате. Но рассказики
эти не про меня. Я, правда, числился в первой десятке нашего
школьного выпуска, но этого недостаточно, чтобы получить стипен-
дию в Массачусетском технологическом институте, во всяком случае,
недостаточно для выпускника Сентервилльской средней школы. Я кон-
статирую объективный факт - школа у нас не очень хорошая. Ходить
в нее здорово - мы чемпионы по баскетболу, наш ансамбль народно-
го танца известен по всему штату, и каждую среду клевые тан-
цульки. Жизнь в школе - первый сорт.
Вот только учились мало. Упор делали в основном на то, что
наш директор, мистер Хэнли, называл "подготовкой ко вступлению в
жизнь", а не на тригонометрию. Нас, может, и подготовили ко
вступлению в жизнь, но уж никак не к поступлению в Калифорний-
ский технологический.
И выяснил это все отнюдь не сам. Принес я как-то домой воп-
росник, составленный нашей группой социологии по программе "жизнь
в семье". Один из вопросов звучал следующим образом: "Как органи-
зован ваш семейный совет?"
Я и спросил за ужином:
- Пап, как у нас организован семейный совет?
- Не приставай к папе, милый,- ответила мама.
- А? Ну-ка, дай мне взглянуть,- сказал отец. Прочитав воп-
росник, он велел мне принести мои учебники. Поскольку я их
оставил в классе, он послал меня за ними в школу. Папа редко
что-нибудь приказывает, но если уж велел, то надо выполнять.
Курс у меня в том семестре был клевый: обществоведение, ком-
мерческая арифметика, прикладной английский (весь класс выбрал
темой "составление лозунгов", веселая штука), ручной труд и
спорт. У меня баскетбол. Хоть для первого состава я ростом не вы-
шел, но в выпускном классе надежный запасной тоже получает реко-
мендацию в университетскую команду. В общем и целом дела у меня в
школе шли хорошо, и я это знал.
Отец весь вечер читал мои учебники. Читает он быстро. В док-
ладе по обществоведению я написал, что в нашей семье существует
режим "неформальной демократии". Доклад прошел хорошо - в классе
как раз вспыхнула дискуссия о том, должен ли пост председателя
совета передаваться от одного члена семьи к другому, или быть вы-
борным, и имеют ли дедушки и бабушки право выставлять свои канди-
датуры. Мы решили, что деды с бабками могут состоять членами со-
вета, но на председательский пост избираться не должны. Потом
сформировали комитеты, чтобы составить конституцию идеальной се-
мейной организации, которую намеревались предоставить своим
семьям в качестве результата наших исследований.
Следующие несколько дней отец что-то зачастил в школу. Меня
это насторожило: когда у родителей вдруг вспыхивает активность, у
них явно что-то на уме.
Вечером следующей субботы отец позвал меня к себе в кабинет.
На столе у него лежала стопка учебников и программа Сентервил-
льской средней школы со всеми предметами от американского народ-
ного танца до лекций по вопросам повседневной жизни. В ней был
отмечен курс наук, выбранный мною совместно с моим руководителем
не только на этот семестр, но и до конца школы.
Отец уставился на меня взглядом ласкового кузнечика и спро-
сил мягко:
- Ты намерен поступать в колледж. Кип?
- Конечно, папа, а что?
- А за счет чего? Я заколебался. Я ведь знал, что учеба в
колледже стоит немало денег. И хотя бывали времена, когда
долларовые купюры ссыпались из корзины на пол, обычно, все-таки,
не так уж много требовалось времени, чтобы сосчитать ее содержи-
мое.
- Ну, может быть, стипендию удастся получить. И потом, я бу-
ду подрабатывать, пока не получу диплом.
Отец кивнул:
- Конечно... если тебе хочется. Человек всегда может решить
финансовые проблемы, если он их не боится. Но когда я спрашивал
"за счет чего", я имел в виду здесь.- И он постучал пальцем по
голове.
Я только и мог, что удивленно посмотреть на него.
- Но я же кончу школу, папа. Этого достаточно, чтобы посту-
пить в колледж.
- Смотря в какой. Если в университет нашего штата или в
сельскохозяйственный колледж, то да. Но известно ли тебе. Кип,
что до сорока процентов студентов вылетают после первого курса?
- Я не вылечу!
- Может, и не вылетишь. Но я думаю, что ты все же вылетишь,
если возьмешься за что-нибудь серьезное - инженерное дело, меди-
цину или точные науки. Вылетишь, если вся твоя подготовка ограни-
чится этим,- он показал рукой на программу.
Я даже возмутился.
- Но почему же, папа! У нас хорошая школа.- Я вспомнил все,
что нам говорили на подготовительном.- Преподавание построено на
самых современных, самых научных принципах, одобрено психологами
и...
- ... дает превосходную зарплату учителям, поднаторевшим в
современной педагогике,- перебил меня отец.- Предметы изучения
делают основной упор на практические жизненные проблемы с тем,
чтобы ориентировать ребенка в мире демократического общественно-
го устройства, подготовить его к испытаниям взрослой жизни в ус-
ловиях нашей сложной современной культуры. Извини, сынок, я бесе-
довал с мистером Хэнли. Мистер Хэнли искренний человек, и, чтобы
достичь поставленных им благородных целей, мы тратим на обучение
школьников гораздо больше, чем любой другой штат, за исключением
Калифорнии и НьюЙорка.
- Но что же в этом плохого?
- Что такое "обособленное деепричастие"? Я не ответил.
- Почему Ван Бюрен проиграл перевыборы? Чему равен корень
кубический из восьмидесяти семи?
О Ван Бюрене я помнил только, что был когдато такой прези-
дент. Зато я смог ответить на следующий вопрос:
- Чтобы узнать кубический корень, нужно посмотреть таблицу
на задней странице учебника.
Отец вздохнул.
- Ты никак думаешь, что таблицу эту нам принес архангел с
небес? - Он печально покачал головой.- Виноват, конечно, я, а не
ты. Мне следовало подумать обо всем этом еще несколько лет назад,
но я решил __ просто потому, что ты любишь читать, мастерить и
быстро управляешься с цифрами,- что ты учишься и получаешь обра-
зование.
- А, по-твоему, разве нет?
- По-моему, безусловно нет. Твоя школа - очень приятное мес-
то времяпрепровождения, сынок, она хорошо оборудована, ею хорошо
управляют, ее хорошо содержат. Конечно, она совсем не похожа на
"джунгли с черными досками", отнюдь! Я думаю, что вы, ребятишки,
ее любите. И есть с чего. Но вот это,- отец сердито хлопнул ла-
донью по программе.- Халтура! Барахло! Профессиональная терапия
для кретинов!
Я не знал, что ответить. Отец замолчал, задумавшись. Потом
сказал, наконец:
- Закон гласит, что ты должен ходить в школу, пока тебе не
исполнится восемнадцать лет или пока ты не получишь аттестат.
- Да, сэр.
- Учеба в твоей нынешней школе - пустая трата времени. Даже
самый сложный курс в ней не заставит тебя напрячь мозги. Но нуж-
но либо продолжать учиться здесь, либо куда-то уезжать.
- Но ведь это очень дорого? - спросил я.
На мой вопрос он и внимания не обратил.
- Пансионы мне не по душе. Подросток должен жить в своей
семье. И хотя, конечно, одна из этих закрытых школ в восточных
штатах может дать тебе хорошую подготовку, вполне достаточную для
поступления в Стенфорд, Йель или любой другой из лучших универси-
тетов, ты наберешься там дурацких предрассудков - всего этого
идиотизма насчет денег, положения в обществе и хорошего портного.
Я их именно там и набрался, а потом потребовались годы, чтобы от
них избавиться. Мы с твоей матерью не случайно решили, что ты
проведешь детство в маленьком городке. Итак, остаешься здесь, в
этой школе.
Мне сразу полегчало.
- Тем не менее, ты собираешься поступать в колледж. Есть у те-
бя намерение получить профессию? Или ты предпочтешь ускоренный
курс по изготовлению изысканных декоративных свечей? Вот что,
сын, твоя жизнь - это твоя жизнь, и ты волен делать с ней все,
что пожелаешь. Но если ты подумываешь о хорошем университете и
серьезной профессии, мы должны тщательно обмозговать, как с наи-
большей пользой употребить оставшиеся тебе три года.
- Ну, папа, я, конечно, хочу в хороший...
- Тогда приходи, когда все как следует проанализируешь. Спо-
койной ночи.
Анализировал я целую неделю. И начал понимать, что отец прав.
Все эти наши программы - "жизнь в семье" и прочее - просто чепу-
ха. Да что могут знать дети о том, как строить жизнь семьи? И что
может об этом знать наша мисс Фингли, незамужняя и бездетная? Наш
класс постановил единогласно, что каждому ребенку должны быть
предоставлены отдельная комната и денежное содержание, "чтобы он
мог научиться распоряжаться деньгами". Здорово придумано, конеч-
но, но как быть семье Квинланов? Если у них пять комнат на де-
вять детей? Нет, хватит дурака валять.
Коммерческая арифметика была не то чтобы глупой, но бесполез-
ной тратой времени. Весь учебник я прочитал за первую неделю, а
потом просто скучал.
Отец переключил мое внимание на занятия алгеброй, испанским,
общими науками, английской грамматикой и стилистикой. От прежней
программы остался лишь спорт. Особенно подтягиваться мне не приш-
лось - в нашей школе и в этих предметах было много воды. Тем не
менее, я приналег на учебу, потому что отец подкинул мне гору
книг и сказал:
- Вот чем тебе пришлось бы заниматься, учись ты в нор-
мальной школе, а не в детском саду для переростков. Если усвоишь
то, что здесь написано, то, может, и выдержишь приемные экзамены.
После этого он оставил меня в покое. Он и вправду считал, что
выбор только за мной. Поначалу я закопался - книги казались труд-
ными, не то, что облегченная жвачка, которую нам давали в школе.
Если кто думает, что самостоятельно учить латынь - дело лег-
кое, пусть попробует сам.
Я пал духом и чуть было не сдался, но потом разозлился и на-
чал вгрызаться в учебу. Некоторое время спустя я заметил, что за-
нятия латынью облегчают изучение испанского и наоборот. Когда
мисс Хернандес, наша "испанка", узнала, что я изучаю латынь, она
начала заниматься со мной. Я не только прочел всего Виргилия, я
стал говорить по-испански, как мексиканец.
Курс математики, предлагаемый нашей школой, ограничивался ал-
геброй и плоскостной геометрией. Я самостоятельно приступил к
усиленному изучению этих предметов и тригонометрии и, конечно,
вполне мог бы ограничиться уровнем, потребным для сдачи вступи-
тельных экзаменов, но математика хуже семечек.
Аналитическая геометрия кажется сплошной абракадаброй, пока
не начнешь в ней разбираться. Но потом, если знаешь алгебру, ты
вдруг прозреваешь и не можешь оторваться от книги, пока не прог-
лотишь последний лист. Одно удовольствие!
Пришлось мне коснуться и исчислений, а заинтересовавшись элек-
троникой, я почувствовал необходимость векторного анализа. Из
всех точных наук наша школа предлагала только "общий курс", и та-
кой он был общий, что дальше некуда. Где-то на уровне воскресно-
го приложения. Но когда вчитываешься в химию и физику, появляет-
ся сильное желание попробовать все своими руками. Сарай был от-
дан в полное мое распоряжение, и я оборудовал в нем химическую
лабораторию, темную комнату, верстак для электроники и, на неко-
торое время, радиостанцию. Мама, правда, немножко понервничала,
когда однажды от взрыва вылетели стекла и сарай загорелся - да и
пожар-то был пустяковый,- но папа отнесся к происшествию спокой-
но. Он всего лишь предложил мне впредь не делать взрывчатку в до-
мике из сборных щитов.
Когда, учась в выпускном классе, я решил сдать экзамены по
вступительной программе, я их сдал.
---------------
Р.Хайнлайн ("Будет скафандр, будут и путешествия")
,,,// ///////
<<<=====ВПЕРЕД
```\\
\\\\\\\